В России существует парадоксальная ситуация: человек может быть владельцем большей части квартиры, но при этом жить на съёмной площади, оплачивая коммунальные услуги за собственное жильё, в мыслях тревожась о закрытых дверях чужой квартиры. Это не фантастика и не вымысел, а реальность для многих, и причиной такой ситуации являются прописанные лица с небольшими долями и статусом 'единственное жильё'.
В Чебоксарах произошла история, которая становится живым свидетельством того, почему разводы порой вызывают больше страха, чем кредитные обязательства. Это дело дошло до всех судебных инстанций и завершилось неожиданным решением, подчеркивающим сложность современных бракоразводных процессов.
Персонажи и собственность
Елена, мать двоих детей, оказалась в ситуации, когда после развода сохранила за собой 135/200 долей квартиры, что дает ей возможность называть это жильё своим. Её бывший муж, Константин, владел 41/200 долей, что составляет лишь малую часть проживаемой площади.
Ситуация перевернулась с ног на голову, когда Константин не покинул квартиру после развода, и совместное проживание обернулось непрекращающимся конфликтом. Из-за домашнего насилия Елена была вынуждена покинуть квартиру с детьми и обратиться в социальный центр за временным жильём.
Переговоры о выкупе и юридические подводные камни
Постепенно Елена поняла, что ситуация невыносима, и решилась на выкуп доли Константина. Оценочная стоимость составила 1,3 миллиона рублей, на которые у неё были средства. Однако её экс-супруг выставил сумму в 2,5 миллиона, что стало правовым шантажом. Он фактически использовал свою долю как инструмент давления, в результате чего Елена оказалась перед выбором: платить или продолжать жить на съёме.
Обратившись в суд с запросом на признание доли Константина незначительной, Елена рассчитывала на справедливое решение. Но суд вынес решение в пользу Константина, выяснив, что он живет в квартире и не имеет альтернативного жилья, что и стало решающим фактором.
Сложности уголовного дела и последствия
Уголовное дело по факту насилия, возбужденное против Константина, в итоге было прекращено из-за примирения сторон, что стало катастрофическим для Елены. Примирение в уголовных делах обычно противостоит пострадавшему в гражданском процессе, создавая видимость отсутствия риска совместного проживания.
Результат этой юридической баталии — Константин остался, как ни странно, с правом проживания и контролем над квартирой, в то время как Елена вынуждена была снимать жильё и продолжать оплачивать коммунальные услуги за пустующую квартиру, осознавая, что формальная собственность не защищает её интересы.
Эта история подчеркивает, что долевая собственность в конфликтных ситуациях — это сложный вопрос, требующий тщательной подготовки и продуманных решений на стадии брака.
Если вы сталкиваетесь с насилием в семье, важно помнить, что примирение может сыграть против вас в будущем, а создание альтернативных условий для второго супруга лишь усилит его позиции в споре. Брачный договор и продуманная схема собственности помогут избежать подобных ситуаций, защитив ваши интересы и интересы детей, сообщает источник.
